// // Подлог и фальсификация документов в администрации Орджоникидзевского района выявлены и доказаны, но матери инвалида много лет не удаётся добиться справедливости

Подлог и фальсификация документов в администрации Орджоникидзевского района выявлены и доказаны, но матери инвалида много лет не удаётся добиться справедливости

1519

Кто ворочает дышло закона?

В разделе

Это какая-то злая и жестокая насмешка судьбы. После многолетнего ожидания первоочередного по закону получения квартиры мать и опекун инвалида с детства Миниямал Фаткуллина с удивлением узнала, что её сын Раиль вот уже четыре года, как исключён из списков на льготное жильё, и не просто так, а по её, Миниямал, собственноручному заявлению. Ей с готовностью показали этот рукописный документ, где чёрным по белому была изложена просьба: «Прошу перевести очередь на жильё на сына Зиянгирова Р.М.». И подпись с её, Миниямал Фаткуллиной, характерным росчерком. И давнишняя дата аж 2005 года.

Но она-то это заявление не писала! Все эти годы их семья ждала, что очередь на квартиру вот-вот подойдёт. И зачем ей было просить о переводе очереди на сына? Это, по меньшей мере, нелогично.

Оказалось, что в отделе жилья поменялся начальник. Когда Миниямал в очередной ежегодный раз принесла документы, Анастасия Лукманова, занявшая руководящее кресло, обмолвилась, что Раиль теперь стал заявителем на квартиру. Но как же так? Недееспособный сын, не умеющий читать и писать, заявитель? Вот тогда-то и увидела Миниямал «своё» заявление. Четыре года в Орджоникидзевской администрации от неё скрывали истину и лгали про очерёдность. С 2000 года они стоят на учёте как семья, нуждающаяся в жилых помещениях, и, с учётом болезни сына, внесены в льготную очередь. Каждый год подтверждают документально, что обстоятельства не изменились, интересуются движением очереди. И оно их радовало: пусть не очень быстро, но квартира становилась всё ближе. И сейчас, выбыв из льготной очереди, они скатились с 134 места на 509. Разница ощутимая.

«Вы забыли, такое бывает…»

Лукманова быстро сообразила, что ляпнула лишнее. Она не была готова к такому повороту и, скорее всего, не знала всех подробностей дела. Чиновница попыталась было заставить посетительницу переписать заявление своей рукой, это бы решило все проблемы, но та требовала разъяснений. Приветливость сменилась раздражением. Миниямал была выдворена за дверь без лишних разбирательств.

Но в районной администрации есть люди, которые знают, как и какими словами успокаивать расстроенных, удивлённых и непонятливых посетителей. Миниямал Лутфулловне терпеливо объяснили, что это обычная процедура, что при достижении ребёнком-инвалидом совершеннолетия, он автоматически переквалифицируется в инвалида с детства, а это совсем другая категория. Не «первоочередная», а «внеочередная». И очередь тоже другая. А заявление она писала, просто запамятовала, бывает.

Но для переживаний нет повода – прокурор Орджоникидзевского района лично обратился в суд с иском к районной администрации в интересах Раиля, чтобы восстановить его жилищные права и добиться предоставления недееспособному инвалиду квартиры.

Миниямал была растрогана и потрясена. Всё-таки, какие хорошие люди руководят районом!

«Улучшили» условия!

Несколько десятилетий они мечтают о большой квартире. И неизвестно, когда их мечта сбудется, и сбудется ли вообще.

Эту уфимскую семью нельзя назвать обычной. Даже по нашим непростым башкирским меркам ей выпало лишений и мытарств выше верхнего предела. Только представьте себе – много лет жить в восемнадцатиметровой комнате малосемейного общежития. Когда вселялись в неё, домочадцев было поменьше – муж, жена, двое детей и бабушка. Но время шло, дочь вышла замуж, родила. Пришлось потесниться.

Вся семья работала в ЖКО «Химпром», глава семьи – водителем-трактористом, стоял в очереди на жильё и, наконец, в 1995 году его получил. Неизвестно, на чём основывалось руководство предприятия, подписывая ордер на квартиру с меньшей жилой площадью. Ведь в семье из семи человек проживали два инвалида, страдающие заболеванием тяжёлой хронической формы, нуждающиеся в постоянном уходе: сын 1984 года рождения – инвалид с детства I группы и престарелая бабушка – ветеран труда, вдова участника Великой Отечественной войны и инвалид I группы. Документы на квартиру подписывала начальник отдела соцзащиты Орджоникидзевской администрации Альфия Шарафутдинова. Она хорошо знала эту семью и её проблемы, но у неё не дрогнула рука поставить свою подпись под решающим документом. Интересно, что сама Альфия Шарафутдинова в этом же году, в этом же доме, имея семью из четырёх человек, получила четырёхкомнатную квартиру. Что не помешало ей в 2003 году получить ещё одну квартиру, трёхкомнатную, где сейчас проживает её дочь. Свою квартиру Альфия Шарафутдинова в 2007 году продала за шесть миллионов рублей и получила новую, двухкомнатную на улице Ленина из президентского фонда. Всё это время не прекращался карьерный рост госпожи Шарафутдиновой. Сейчас она депутат Госсобрания – Курултая и занимается всё той же благодатной сферой – соцзащитой.

По теме

А семья Миниямал, выписавшись из комнаты в 18,5 квадратных метров, вселилась в квартиру с семнадцатиметровой жилой площадью. Администрация завода попросту «забыла» об их специфическом семейном положении. Ведь кроме того, что в Жилищном кодексе Российской Федерации норма жилой площади установлена в размере 12 кв.м на одного человека, так ещё по закону инвалидам положена дополнительная жилая площадь.

Только в 2002 году бабушку поставили на очередь для получения льготного жилья, а в 2003 году она умерла, так и не дождавшись положенного ей жилья.

Многолетняя недостижимая

Семья Миниямал, получив крохотную служебную квартирку, продолжала полным составом трудиться на Химпроме. Муж Минислам работал дворником, слесарем и водителем-трактористом. В любое время года, в любую погоду, днём или ночью – авария, потоп, снегопад, срочные дальние командировки – всегда он был в резерве, готовый к авралам. Выполнял самую разную работу по коммунальному хозяйству: слесарную, токарную, сварочную, восстанавливал вышедшую из строя или списанную технику.

Добиться получения просторной квартиры стало целью для всех членов семьи. С конца восьмидесятых Миниямал работала швеёй фабрики «Мир» на дому и стояла в очереди на квартиру, а когда квартира была совсем близко, фабрику закрыли. На Химпром в 1992 году она была принята дворником. И, когда семье выделили служебное жильё в ведомственном доме, перешла работать в собственный двор и десять лет трудилась и дворником, и мусоропроводчиком. Работала сверхурочно бесплатно, молча, выполняла всю грязную работу добросовестно, она надеялась, что заработает и своё жильё, потому что по закону и на основании постановления жилбыткомиссии завода «Химпром», дворнику выделяется служебное жильё. Всё было безрезультатно, хотя на участке и в подъезде был всегда порядок, и жильцы были довольны – писали благодарственные письма руководству завода.

Даже дочь Райля с детства работала в ЖКО «Химпром» уборщицей лестничных клеток. Параллельно она училась в школе, а потом и в техникуме. Несмотря на то, что над ней смеялись сверстники во дворе и школе, она на всё закрывала глаза и работала, чтобы получить своими силами и трудом заслуженное жильё. Ведь большая квартира всегда была главной мечтой её семьи.

Вышла замуж за парня из многодетной семьи. Они и сами очень хотели бы иметь не менее пятерых детей... Была надежда встать на очередь по молодёжной программе и купить квартиру, но когда молодожёны обратились в отдел жилья, в администрации Орджоникидзевского района им сказали, что ждать бесполезно, если нет знакомых, которые продвинули бы в очереди.

Хитрый расчёт

Надежды на суд быстро улетучились. Очень скоро компетентные люди объяснили Миниямал, что всё не так просто с прокурорским иском. Ведь он был составлен только в пользу сына. То есть, если суд этот иск удовлетворит, то Раиль сможет получить квартиру всего лишь в 28 кв. м. Тогда как раньше семья стояла на очереди списком в пять человек и квартира ей полагалась не менее 84 кв. м общей площади, плюс право сына на дополнительные метры, как инвалида.

Всё постепенно вставало на свои места. Стало ясно, зачем Орджоникидзевской администрации понадобилось переводить очередь с семьи на сына единолично. И почему кем-то было написано заявление от имени Миниямал, почему это так тщательно скрывалось несколько лет. Предоставлять квартиру одному инвалиду или семье из тогда уже семи человек – разница ощутимая!

И выбрана Миниямал была не случайно. Простая женщина, работающая дворником, – это ли не лучшая кандидатура для запудривания мозга? В жилищном отделе даже не особо заморачивались – и само заявление, и резолюция (!) на нём написаны одной рукой. И, понятное дело, это рука не Миниямал. Никто и подумать не мог, что эта скромная и незаметная женщина ринется в бой с решимостью тигрицы, защищающей своих детей.

Глухая оборона власти

Миниямал Лутфулловна начала с писем. Но попытка найти правду таким путём себя не оправдала. Высокие инстанции, куда она обращалась, перенаправляли просьбы и вопросы всё в те же районные прокуратуру или администрацию. Оттуда присылали сухие казённые отписки, которые слово в слово повторяли друг друга. Были и откровенные ляпы. Например, из одного ответа Миниямал узнала, что её недееспособный сын Раиль лично приносил в жилищный отдел документы, из другого – что он не явился по вызову. Видимо, чиновничья канцелярия не особенно загружает себя трудом хотя бы просто прочитывать письма, на которые она отвечает.

По теме

Уполномоченный по правам человека в РБ Рим Каюмов, к которому в надежде найти справедливость обратилась Миниямал, ответил почти издевательски: «Вы обращались в прокуратуру Орджоникидзевского района, где вам дан исчерпывающий ответ и рекомендовано обратиться в отдел по учёту и распределению жилья администрации района. Оснований для вмешательства Уполномоченного не имеется».

А тогдашний президент государства Дмитрий Медведев не ответил совсем.

Удача первая и единственная

Было решено выдвинуть иск к администрации Орджоникидзевского района от своего имени и в интересах всей семьи. В том, что суд решит дело в их пользу, можно было почти не сомневаться. Ведь, перестав быть ребёнком-инвалидом, Раиль остался больным человеком, инвалидом с детства, страдающим тяжёлой формой хронического заболевания. Жилищный кодекс Российской Федерации (пункт 4, часть 1, статья 51) предусматривает внеочередное предоставление семье, в которой он проживает, жилое помещение по договору социального найма. И не когда-то там потом, а сразу после вступления судебного решения в силу. То есть немедленно.

Тем более, что в деле есть сфальсифицированный документ, заявление, написанное якобы Миниямал Фаткуллиной, на основании которого и строилось всё дело. И героическая женщина решила действовать. По «горячей линии» пробилась к тогдашнему министру МВД Игорю Алёшину. Добилась, пусть не сразу, проведения экспертизы заявления, которая подтвердила, что оно сфальсифицировано. Центр независимых экспертиз определил, что текст заявления и подпись под ним «исполнены не Фаткуллиной Миниямал Лутфулловной, а кем-то другим с подражанием её подлинным почерку и подписям». Правда, экспертизу пришлось проводить не подлинника, а копии заявления. Администрация зубами вцепилась в документ и под всяческими предлогами отказывалась выдавать его кому бы то ни было.

И действительно, суд, рассмотрев обстоятельства дела, решил отказать в удовлетворении иска прокурора Орджоникидзевского района, а иск Миниямал Фаткуллиной к администрации того же района «о возложении обязанности предоставить вне очереди по договору социального найма благоустроенное жилое помещение удовлетворить». И, хотя, когда Миниямал рассказала на слушании о том, что её заявление, приложенное к делу, является подложным и предоставила акт экспертизы, её просто не стали слушать – «здесь гражданское дело, а не уголовное!», «экспертиза копии заявления не может рассматриваться в суде» – она была счастлива, что всё так хорошо разрешилось.

Казалось бы, вот она, победа! Но для Миниямал испытания только начинались.

Осиное гнездо разворошено

Прокуратурой и администрацией Орджоникидзевского района была проделана титаническая работа по опротестованию невыгодного для них решения. Предоставление такой большой квартиры, да ещё вне очереди, никак не входило в их планы. В Октябрьский районный суд, в коллегию по гражданским делам республиканского Верховного суда из Орджоникидзевской районной администрации полетели «жалобы» и «возражения». Они аргументировались, в частности, тем, что Раиль Зиянгиров сам во всём виноват. Ему, как написано в этих документах, «предоставлялась субсидия на получение жилья, от которой он отказался». То есть, он мог улучшить свои жилищные условия, но не захотел. Во-первых, ни о какой субсидии Миниямал Фаткуллина, как опекун, слыхом не слыхивала, а во-вторых, Раиль, как недееспособный инвалид с тяжелой умственной отсталостью, никак не мог отказаться от чего-либо или согласиться в силу своей неприспособленности к жизни. Много нестыковок и очевидных ляпов в этих документах.

Но представитель администрации Ю.В. Литвинова, подписавшая все обращения, видимо, не в курсе житейских обстоятельств этой семьи, поэтому она продолжает эпистолировать в том же ключе: «Зиянгировым Р.М. документы, предусмотренные жилищным законодательством в отдел учёта, не предоставлялись» и «Зиянгиров Р.М. малоимущим с момента постановки на учёт не признавался и его нуждаемость в жилых помещениях на сегодняшний день не подтверждена». Представьте, каково читать подобное матери тяжелобольного сына.

По теме

Ю.В. Литвинову удивляет, что Миниямал Фаткуллина потребовала предоставить квартиру с учётом всех членов семьи, ведь они «тяжёлыми формами хронических заболеваний не страдают». И как резюме: «Органом местного самоуправления функция по обеспечению жильём инвалида выполнена».

Главное – доказать подлог!

Миниямал Лутфулловна хорошо понимала, что главный козырь в этой судебной войне – фальсифицированное заявление от её имени. Ведь на нём держится всё. Постановление, вынесенное по подложному документу, не может считаться действительным, хотя на него опирается доказательная база, которая, в свою очередь, не может считаться доказательной, потому что в основе – фальсификат. Если подлог будет доказан, то столь тщательно выстроенная пирамида разрушится сама собой.

Правдами и неправдами, с большим трудом Миниямал удалось заполучить оригинал фальшивого заявления. Очередная экспертиза была проведена Башкирской лабораторией судебной экспертизы при Минюсте РФ. Акт экспертного исследования подтверждает, что текст заявления и подпись под ним «выполнены не Фаткуллиной Миниямал Лутфулловной, а иным лицом с подражанием несомненным её почерку и подписям».

Этот акт был приложен к делу как «вновь открывшееся обстоятельство». Миниямал надеялась, что это явится неоспоримым свидетельством того, что администрация Орджоникидзевского района действовала с преступными целями, и ситуация будет разрешена в её пользу. Осталось дождаться судебного заседания республиканского Верховного суда.

На круги своя

Но решение суда первой инстанции прокуратурой Орджоникидзевского района было оспорено в республиканском Верховном суде в пользу администрации Орджоникидзевского района. Акт экспертного исследования в качестве вновь открывшихся обстоятельств признан не был. Это всего лишь «новое доказательство» (оказывается, есть разница), которое «вынесено после принятия оспариваемого определения и о котором не было известно на момент рассмотрения дела, а потому не может быть признано вновь открывшимся обстоятельством». Уфффф!

Бесполезно продираться сквозь это плетение словес в поисках смысла. Суть в том, что фальсификация документов должна быть подтверждена только вступившим в силу приговором суда. Для этого должно быть возбуждено уголовное дело и проведено расследование. Хотя экспертиза уже доказала – заявление подложное, налицо факт мошенничества, а это уголовное преступление.

Как уже говорилось, даже с первого взгляда было ясно, что текст заявления, подпись и резолюция на нём были выполнены одной рукой. И Миниямал узнала эту руку. У неё сохранился бумажный листок, на котором сотрудница отдела учёта и распределения жилья администрации Орджоникидзевского района Надежда Якимкова собственноручно написала список документов для постановки на учёт. И ещё имелся без уведомления опекуна принятый акт о предложении недееспособному Раилю субсидии, где есть приписка от руки: «Зиянгиров в отдел учёта и распределения жилья не приходил» (!) То, что это один и тот же почерк, видно невооружённым глазом.

Миниямал снова собирает документы, прилагает к ним акты экспертиз, образцы почерков – свой и Надежды Якимковой, и подаёт заявление в Отдел полиции №5 о неправомерных действиях должностных лиц Орджоникидзевской администрации и фальсификации заявления.

Рука руку моет?

И здесь всё «срослось» не сразу. В возбуждении уголовного дела несколько раз было отказано и почему бы вы думали? Правильно. Потому, что судебное решение было вынесено не по сфальсифицированному заявлению, а по постановлению главы администрации Орджоникидзевского района. А то, что постановление было принято по подложному заявлению, почему-то во внимание не принималось, и всё тут! Круг катастрофически замыкался. Следственный комитет России по РБ вообще не усмотрел в деле вопросов, относящихся к своей компетенции, и посоветовал обратиться в прокуратуру. А в республиканской прокуратуре посчитали, что «жилищные права Зиянгирова Р.М. уже восстановлены в судебном порядке».

Но всё же Миниямал добилась своего. Уголовное дело было заведено, хотя и в отношении не администрации Орджоникидзевского района, а неустановленного лица, написавшего заявление. Но оказалось, что это пресловутое «неустановленное лицо» может явиться поводом в приостановлении расследования. Несколько раз дело то возобновляли, то снова закрывали… Сейчас его течение хронически вялотекущее. Более того, до сих пор ни одного члена пострадавшей семьи не вызвали для дознания, о течении уголовного дела заявителя не уведомляют, на требования ознакомиться с процессуальными документами отвечают отказом. В редакции имеются копии восьми обращений Миниямал Фаткуллиной к тогдашнему начальнику Отдела полиции №5 подполковнику Шайхуллину с уведомлениями о принятии заявления, на которые она так и не получила ни единого ответа. Оригинал акта проверки документов на подлинность от Башкирской лаборатории судебной экспертизы, инициированной ОП №5, на руки ей не выдаётся и следствием во внимание не принимается. А пока уголовное дело не завершено, пока нет вступившего в силу решения суда о фальсификации и подлоге документов, участвующих в деле о предоставлении жилья, Верховный суд Российской Федерации также отказал Миниямал Лутфулловне в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в Судебной коллегии по гражданским делам.

Создаётся стойкое впечатление, что все органы власти, призванные охранять закон и права человека, связаны между собой круговой порукой. И как точно подогнаны все звенья цепи! Разорвись одно, разрушится стройно выверенная система взаимного рукомытия. А закон – он для них, что дышло. Тут главное кто и куда его поворачивает.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 26.08.2013 11:46
Копировать текст статьи
Комментарии 1
  • Тансулпан Нуриева-Билалова 10.06.2016 15:50

    Ужасно! Сердце разрывается.И не удивляюсь, сама состояла в очереди в Орджоникдзевском районе ,все эти унижения, оскорбления свежи в памяти до боли, по государственным инстанциям правду никогда не добиться, такое чувство складывается- они сплачиваются как злые силы, во зло человеку, чтобы унижать, оскорблять, добивать несчастных

Еще на сайте
Наверх